Очнуться в мире живых душ

Как книга Ольги Черниенко «Друзья наши – меньшие братья» заставляет нас пересмотреть своё место на планете

Есть книги, которые меняют угол зрения. Книга Ольги Черниенко «Друзья наши – меньшие братья» действует именно так: медленно, но неотвратимо смещает фокус с человеческого самомнения на такую  тихую, но полную смысла жизнь вокруг нас. Это не сборник милых баек о питомцах, хотя здесь хватает и тепла, и смешных моментов. Это исповедь человека, который решился посмотреть правде в глаза. Правде о том, что мы веками жили рядом с целыми вселенными разума и чувств, упорно отказываясь это признать.
Черниенко пишет с той конкретной, почти осязаемой подробностью, которая рождает присутствие. Когда читаешь про ирландца Эдика, приносящего в зубах черепаху, потому что не может оставить друга, или про гусей, которые умнее и вернее иных сторожевых пса, или про корову Зорьку с её тоской и мятежным характером, — ты начинаешь чувствовать непреложность чужого «я». Автор не наделяет животных человеческими мыслями, она даёт им голос через их поступки, их выбор, их привязанности и страхи. И этот голос звучит куда убедительнее любых наших антропоморфных фантазий.
Главный нерв книги, её духовный стержень — это вопрос о ценности жизни. Не в абстрактном, а в самом прикладном смысле. Черниенко с болью и недоумением фиксирует ту чудовищную раздвоенность, которая стала нашей обыденностью: мы можем сутками выхаживать одного щенка, названивать ветеринарам и плакать над его болезнью, а в это же время по всей стране будут работать конвейеры смерти для миллионов таких же чувствующих существ. Мы заводим «питомцев» для уюта и в то же время систематически уничтожаем «скотину» для питания. Автор не бьёт в набат, она просто, как скальпелем, вскрывает эту этическую шизофрению, заставляя читателя ощутить её всей кожей. Её рассказ «Рождественский гусь» — это, пожалуй, один из самых пронзительных и беспощадных произведений о цене нашей традиции, о предательстве, которое мы возводим в ритуал.
Но книга не была бы столь целительной, если бы состояла лишь из констатации ужаса. В ней есть мощный созидательный заряд. Это заряд сочувствия и сопереживания. Черниенко показывает, как рождается подлинное родство  по состоянию души. Как коза может стать личностью, с которой делят власть. Как пёс может взять на себя отцовство за чужих щенков. Как кот может спасти человека не только физически, выступив стражем, но и экзистенциально, вернув ему смысл и любовь. Это истории о том, как разрываются барьеры, как общение с «меньшим братом» делает человека больше, глубже, человечнее.
Стиль Черниенко это  плотная, сочная, образная проза, выросшая из самой жизни. Она разная: то сдержанно-лиричная, когда речь идёт о памяти и утрате, то стремительная и почти гротескная в описаниях козлиного бунта или коровьей погони, то философски насыщенная в размышлениях о душе и Боге.
Закончить хочется не выводом, а ощущением, которое остаётся после прочтения. Ощущением тишины. Шум человеческого тщеславия, грохот наших амбиций и суетных дел понемногу стихает. И в этой тишине начинаешь слышать. Слышать доверчивое сопение у своей ноги. Слышать вопрос во взгляде. Слышать тихий, настойчивый шёпот целого мира, который мы так долго и так высокомерно отказывались считать живым. Книга Ольги Черниенко  это ключ от двери, за которой нас ждут. Ждут не как господ, а как, наконец-то, прозревших братьев.

Лилия Мишина