Нити выбора и свет в ладонях

О книге Людмилы D_osa «Перекрёстки миров»: шесть развилок, где магия проверяет человека на честность

Сборник устроен как шкатулка с тайным дном: открываешь крышку ради приключения, а находишь ещё и тихую, цепкую мысль, которая потом ходит следом. «Перекрёстки миров» держатся на редком для жанрового фэнтези умении автора не раздувать важность, а точно её дозировать. Здесь много чудесного, но ещё больше внимательного взгляда на внутренний выбор. И именно поэтому книга звучит актуально: в мире, где всё постоянно «сдвигается», особенно нужен текст, который возвращает чувство опоры и напоминает, что главным порталом остаётся человеческое решение.
Рассказ «Перекрёстки миров» задаёт тон всему сборнику. Обыденность начинается с уведомления о доставке и заканчивается тем, что в руках героини оказывается книга-маршрутизатор, каталог реальностей, приглашение в путешествие и проверка на зрелость. В этой истории важна не кнопка «Да», а пауза перед ней. И очень точно звучит строка-настройка, без которой весь сборник не сложился бы в единое полотно: «Эта книга – твой пропуск на перекрёстки миров».
Значение цитаты простое и сильное: пропуск выдаётся не за заслуги, а за готовность видеть больше одного варианта судьбы.
«Хранитель Магии» уводит в камерное, тёплое фэнтези, где потрескивают дрова, пахнет лесным чаем, а рядом шебуршится маленькое чудо. Гном Фёдор, дракончик Эйпи – всё это могло бы стать просто уютной сказкой. Но повесть неожиданно набирает высоту на теме жертвы и внутреннего источника, который растёт не от силы, а от чувства. Здесь самая «сердечная» формула книги звучит почти как заклинание без громких эффектов: «Помни. Её нельзя увидеть, но можно почувствовать. Она в основе всего и не имеет цены».
Важно, что эта фраза работает не как мораль, а как ключ к поступкам героя: любовь в тексте не украшение, а инструмент спасения.
«Секреты старого города» переходят в городскую мистику и делают это вкусно, с хорошим темпом. Пешеходная улица, огни, витрины, и среди них дубовая дверь, которую видят не все. Лика и Коля втягиваются в цепочку «байки, подсказки, подземелья», и реальность начинает скрипеть, как старый лифт между этажами. Особенность этой повести – в ощущении живого города, который не декорация, а участник игры. Магия здесь не сверкает, она подмигивает из щелей, и от этого становится убедительнее.
«Тайна семьи магистра Бенджамина» добавляет в сборник авантюрный размах и семейный нерв. Академия, брат и сестра, вспыльчивый талант, строгий магистр, тень, замок, неожиданное родство – и всё это с лёгкой искрой юмора. Повесть хороша тем, что держит баланс: приключение не отменяет эмоциональной развязки, а развязка не превращается в слезливую открытку. Становится ясно, зачем в книге столько «домов» и «порогов»: возвращение к своему, к семейному, к принятому – то же путешествие, только без карты.
Рассказ «Исход», что называется, «в два клика», в два взмаха крыльев стирает грань между фэнтези и научной фантастикой, в нём, как в насыщенном растворе – квинтэссенция жанра.
В повести «Поиграли и будет» резко меняется освещение: это уже тревожная фантастика с эстетикой отчётов, протоколов и «удалённых данных». Грибар, мицелярная сеть, психоактивные вспышки, странная ласковость кокона и опасная привлекательность «воскрешения» создают ощущение хрупкости границ. Здесь – вторая сторона перекрёстков: не каждый переход безопасен, не каждое чудо – добро. И хлёсткая фраза-пророчество звучит как удар колокола над площадью: «И мёртвые встанут рядом с живыми».
Смысл её – не про эффектный ужас, а про цену вмешательства в порядок вещей и про соблазн «исправить» утрату любой ценой.
Целевая аудитория у сборника широкая: подростки и взрослые, которым близки фэнтези и мистика, но хочется не только экшена, а смысла и послевкусия. Книга понравится тем, кто любит разные регистры: от уютной сказочности до почти документального хоррора. Особенно хорошо она «ляжет» тем, кто устал от одинаковых миров и одинаковых героев и ищет истории, где чудо не отменяет ответственности.
Эта книга мотивирует читать без нажима: потому что в ней есть обещание дороги, но нет суеты. Перекрёстки здесь не аттракцион, а место, где человек слышит себя. И выходит из повестей чуть внимательнее к собственным дверям, тем самым, которые видят не все.

Наталья Каверина, литературный редактор, рецензент, критик