Дом, где память умеет дышать

Рецензия на произведения Светланы Суриковой в сборнике «Откровения»

издательства «Четыре»

В произведениях Светланы Суриковой есть то редкое тепло, которое не сочиняется специально. Оно рождается из памяти, из семейных голосов, из запаха лука, малинового чая, старой книги, шерстяного клубка, дубовой коры под ладонью. Автор пишет о самом хрупком: о близких, о времени, о тех невидимых нитях, которыми одно поколение держит другое. И делает это без нажима, без нарочитой сентиментальности, очень живо, с мягкой улыбкой и тихой грустью.
Рассказ «Где лук, там и слёзы» построен как семейное воспоминание, где бытовая подробность неожиданно становится ключом к целой судьбе. Лук здесь появляется сначала как домашнее лекарство, пахучее, щиплющее глаза, почти смешное в своей деревенской прямоте. Но постепенно этот образ обрастает смыслом. Через него открывается бабушкина молодость, встреча с будущим мужем, бедность, трудная жизнь, женская стойкость, любовь, которая возникла среди запаха лука и слёз. Светлана Сурикова очень точно чувствует силу повторяющейся детали. Фраза о луке возвращается в разные годы, соединяя болезнь внучки, бабушкин рассказ, последние дни старой женщины и уже новый круг семьи, где девочка Василиса достаёт потрёпанного Родари с верхней полки.
В этом тексте особенно хороша интонация. Она живая, разговорная, с той самой бабушкиной речью, где слышны деревенские корни, старая ласковость, житейская мудрость. Автор не стилизует речь ради украшения. Она даёт ей звучать естественно, будто рядом действительно сидит пожилая женщина и рассказывает про свою молодость, про Пашеньку, про печь, воду, лапти, сестёр, мамку. Такие страницы ценны не только литературно, но и человечески: в них сохраняется голос, который легко потерять, если вовремя не записать.
«Портал» продолжает тему памяти, но уже через образ дома, сада и старого дуба. Здесь время показано почти осязаемо. Дуб растёт вместе с сыном, крепнет, стареет, даёт жёлуди, а рядом меняется семья: уходят родные, рождаются внуки, появляются новые детские игры. Очень красиво найдено объяснение портала: детское воображение называет вечностью то, что взрослые чувствуют всей прожитой жизнью. Дупло в старом дубе становится местом, где сходятся игра, сказка, память и любовь. В этом рассказе много света. Даже уходы и утраты не делают текст мрачным, потому что рядом есть дети, котёнок, клубок шерсти, дедова ирония, будущая дубрава в излучине ручья.
Светлана Сурикова умеет видеть вечное в простом. Для неё важны не громкие события, а те моменты, из которых и складывается настоящая семейная летопись: больной ребёнок в шерстяных носочках, бабушкина ладонь, книга на верхней полке, внучка с модным старинным именем, дед с лестницей у дуба. В этих деталях есть точность хорошей прозы. Они не лежат на поверхности как украшения, а работают на глубину текста, помогают почувствовать живую ткань семьи.
Стихотворение «Мужу» звучит как тихое признание, очень цельное и сердечное. В нём любовь не требует доказательств. Она уже прожита, проверена бытом, временем, общим домом, животными, молитвами, привычкой быть рядом. Особенно трогательно, что чувство выходит за пределы одной жизни, но не становится отвлечённой красивостью. Будущая встреча мыслится через узнаваемые домашние знаки: собака, рыжий кот, ночная молитва, земля с высоты. Поэтому стихотворение воспринимается не как фантазия о вечности, а как продолжение земной нежности.
Произведения Светланы Суриковой оставляют редкое послевкусие: будто побывал в доме, где всё хранит тепло рук. Здесь умеют помнить без тяжести, любить без громких слов, грустить без отчаяния. Автор бережно собирает семейную память и превращает её в литературу, понятную каждому, кто хоть раз боялся потерять родной голос, родной дом, родную ладонь. В этой прозе и поэзии много человеческого света, и он держится крепко, как дуб у семейного сада.

Наталья Каверина, литературный редактор